Category: происшествия

Агата Кристи, "Таинственное происшествие в Стайлз" (Agatha Christie, The Mysterious Affair at Styles

Классический герметичный детектив. Уединенное британское поместье, загадочное убийство, ограниченный круг присутствующих, гениальный сыщик. Круг подозреваемых сплошь состоит из социальных паразитов высшего света, к которым читатель испытывает примерно такое же сочувствие, как к садовым слизням. Все персонажи что-то скрывают; в итоге каждый первый оказывается убийцей, шантажистом, мошенником, неизлечимо больным или, на худой конец, русским шпионом.

Основную часть книги составляют логические выкладки вида "сэр N, вы утверждаете, что проходили через бильярдную ровно в 13.42? Но если бы это было так, тень от статуи Шекспира падала бы ровно на картину Дадда и вы не смогли бы заметить пятно крови на ее раме! Следовательно, вы оказались в бильярдной минимум на семь минут позже; таким образом, заходя в гостиную, должны были застать в дверях миссис Х с окровавленным ножом в руке!"

Если ваш идеал увлекательного занятия на выходные - решение кубических уравнений, бросайте все и срочно читайте "Таинственное происшествие в Стайлз".

Джон Болл, "Смерть в нудистском парке" (John Dudley Ball, The Good Cottontail)

Чернокожий сыщик Вирджил Тиббс только вернулся из расистской Каролины в родную толерантную Калифорнию, а его уже ждет новое расследование - в местном лагере нудистов найден труп неизвестного, до смерти забитого голыми (pun intended) руками! Тиббс, конечно, со своей обычной тщательностью принимается расследовать это злодейство.

Как детектив книга по-прежнему неплоха, но былой социальной остроты уже нет, и местами случаются приступы голливудской идиотии, когда менты задерживают опасного преступника не как нормальные люди, а бьются с ним один на один приемами карате (не шутка). Тем не менее в целом вполне читабельно.

Пер Вале, Май Шеваль, цикл детективов про Мартина Бека

Трудно сказать, кто у кого списывал - то ли Макбейн у Вале с Шеваль, то ли шведы у Макбейна - но надо быть слепым, чтобы не заметить взаимное влияние этих монстров procedural novel. Те же сухие описания, те же бесконечные диалоги допросов, тот же суровый реализм полицейского быта, то же хладнокровное описание недугов общества (последний пункт у Вале и Шеваль выражен особо ярко, т.к. они оба были убеждённые социалисты, в хорошем смысле, и социальное устройство Швеции 60ых было им не особо по душе).

Procedural, конечно, жанр очень специфичный, на любителя. Далеко не всем интересно читать про то, как сыщики бесконечно ходят туда-сюда, разговаривают с людьми, изучают улики, составляют временные диаграммы. Никаких погонь с перестрелками в стиле Микки Спиллейна ждать не приходится, никаких гениальных озарений а-ля Эркюль Пуаро тут тоже не бывает. Только муторная кропотливая работа с людьми и предметами, где даже установление личности жертвы при неудачном раскладе может занять несколько недель, а поиск преступника тянется месяцами и часто ни к чему не приводит.

— Смерть наступила в результате удушения, — повторил Мартин Бек.
Он сидел за столом и рассматривал фотографии, которые Ольберг выгреб из кучи бумаг. На фотографиях были изображены шлюз, труп на клеенке, труп на столе в морге.
Мартин Бек положил фотографию, которую держал и руке, перед Ольбергом и сказал:
— Нужно обрезать и немного подретушировать это фото, здесь она выглядит получше. Потом придется обойти один дом за другим. Если она местная, должен же кто-нибудь ее узнать. Сколько человек ты можешь для этого выделить?
— Максимум троих, — сказал Ольберг. — Нас тут слишком мало.
Минуту они сидели молча. У Мартина Бека начал побаливать желудок, он вспомнил вечные разговоры жены о регулярном питании. Вот уже почти двадцать четыре часа, как он ничего не ел.


Странно, что детективы Вале и Шеваль почти не издавали в СССР, у нас они были в основном известны как авторы мрачных антиутопий ("Стальной прыжок", "Гибель 31 отдела"). Хотя казалось бы, беспроигрышный вариант - муж и жена, оба идейные марксисты, пишут детективы, показывающие гниль западного общества. Взять хотя бы Сименона, он у нас ровно за то же самое стал народным любимцем, хоть и не партийный, и, по слухам, вообще коллаборационист. А вот с Вале и Шеваль что-то не заладилось. Видимо, слишком брутальные темы поднимаются в их романах - от детской наркомании до педофилии, непривычного советского читателя не следовало пугать такими ужасами.